В начало Все о журнале ЭКС Архив номеров Фотогалерея Новости NB! БЕЗЕНГИ


К оглавлению номера

экспедиции
Дмитрий МИРОШНИЧЕНКО, Киев Фото из архивов экспедиции

ХРОНИКА ОДНОГО ВОСХОЖДЕНИЯ

«История борьбы за вершину Эвереста насчитывает несколько десятилетий.

До Второй мировой войны ближе всех к решению задачи подошли англичане Э.Ирвин и Д.Мэллори. В 1924 г. они вышли с высоты 8174 м на штурм вершины и не вернулись. Последний раз их видели в районе отметки «8600» и до сих пор не ясно, достигли они цели или нет.«/div>
Официально зафиксировано, что первыми на вершину высотного полюса планеты 29 мая 1953 года вступили Э.Хиллари и Н.Тенцинг.

Украинские восходители - Сергей Бершов и Михаил Туркевич - работали в составе Первой со- ветской гималайской экспедиции и поднялись на вершину Эвереста в 1982 г. Это было первопрохождение по контрфорсу юго-западной стены. В 1990 г. Мстислав Горбенко взошел на вершину в составе международной экспедиции СССР, США и Китая.

Те экспедиции были довольно многочисленны, нанимали носильщиков-шерпов и использовали кислород. Первая национальная украинская экспедиция «Эверест-99», состоявшаяся весной этого года по классическому маршруту северного ребра, имела в спортивном составе десять человек, полностью отказалась от использования кислорода и привлечения шерпов для транспортировки грузов. Правда, для медицинских целей и на случай ЧП во все лагеря было занесено по нескольку кислородных баллонов с масками и редукторами. Как оказалось впоследствии именно этот факт сыграл решающую роль в сложившейся ситуации и дейсвиях участников.


Как рождалась экспедиция


Идея проведения национальной экспедиции на Эверест обсуждалась на Украине довольно давно. Сборная страны провела успешные восхождения на гималайские восьмитысячники Манаслу (1991) и Аннапурну (1996), команда одесского альпклуба взошла на вторую вершину планеты, К-2 (1994) и третью - Канченджангу (1993). Одесситам же покорилась и своенравная Чо-Ойю (1997). Харьковчане в прошлом году успешно штурмовали Шиша-Пангму, а четырьмя годами ранее, вместе с киевлянами, достигли и вершины Дхаулагири. Нельзя забывать и то, что еще в советские времена украинская школа альпинизма очень высоко котировалась в Союзе. В составе эверестовской команды 82-го года кроме Бершова и Туркевича, был ещё Алексей Москальцов. В 1989 г. траверс Канченджанги прошли те же Бершов с Туркевичем, а Виктор Пастух несколько раз поднимался на различные вершины Канчи. Еще через год все тот же Бершов в паре с москвичом Владимиром Каратаевым взошел «маршрутом XXI века» по Южной стене на вершину Лхоцзе. А вот на Эвересте украинского флага не было никогда.
Решено было этот пробел восполнить.

Первоначально планировавшаяся на весну прошлого года, экспедиция не состоялась из-за недостатка. За дело взялся вновь избранный президент федерации Валентин Симоненко. В феврале 98-го на Эльбрусе прошел первый тренировочный сбор кандидатов в команду. Конечно, украинские «отборки» не шли ни в какое сравнение с союзными, когда на каждое место в экспедиции претендовало около десятка кандидатов. Сейчас на Украине есть всего около двух-трех десятков классных альпинистов, имеющих опыт высотных восхождений. Вот они-то и соперничали за место в команде. Надо сказать, что в итоге лишь одному из «молодых» - Николаю Горюнову - удалось закрепиться в окончательном составе. Только он из девяти участников эверестовской эпопеи не имел опыта восхождений на 8000 метров.
Летом 98-го на Кавказе, в ущелье Узункол, где проходил «очный» чемпионат Украины в скальном классе, состоялся еще один этап отбора. Именно на Кавказе было принято решение о проведении бескислородного восхождения, что сразу поднимало его спортивный уровень на несколько порядков.

Опытнейший Сергей Бершов, возраст которого был основным аргументом его противников, занял в чемпионате первое место и окончательно развеял сомнения скептиков насчет своей формы. На последний этап подготовки, восхождения в Гималаях - на Пумори и Ама-Даблам - было приглашено 13 человек. «Чертова дюжина» с успехом взошла на обе вершины. И всё таки руководству экспедиции предстояло из 13-ти человек отобрать девять.


В ожидании Эвереста


Для окончательной подготовки экспедиции оставалось не так много времени - пять месяцев. За этот срок надо было завершить переговоры с фирма- ми-производителями альпинистского снаряжения, доставить отобранное на Украину, окончательно договориться с непальскими фирмами, организовывающими быт альпинистов под Эверестом. Именно из-за высокой стоимости права на попытку штурма со стороны Непала (50 000 долларов за 9 человек) украинцы приняли решение идти классическим маршрутом с севера. Все-таки тибетцы, также берущие мзду с экспедиций, менее разбалованы в этом отношении - «всего» восемь тысяч «баксов» за то же количество альпинистов.
Последний этап отбора, на котором, собственно, и должен был окончательно определиться состав экспедиции, вновь прошел на Эльбрусе. По итогам сбора из окончательного состава экспедиции выпал Г. Лебедев из Кривого Рога, а В. Могила не попал в число восходителей из-за травмы, полученной на ледовых занятиях.
Так что в Гималаи украинская сборная отправлялась в следующем составе: Валентин Симоненко - руководитель экспедиции, Мстислав Горбенко - старший тренер, Владимир Лебеденко - врач, а также девять человек, на которых и возлагалась почетная миссия восхождения на Эверест. Это одесситы Вадим Леонтьев, Василий Копытко, Владислав Терзыул и Роман Коваль, харьковчане Сергей Бершов и Игорь Свергун, Владимир Горбач и Николай Горюнов из Киева, а также донецкий альпинист Сергей Ковалев.

По давней доброй традиции, все украинские гималайские экспедиции начинаются и заканчиваются в Одессе. Точнее, в санатории «Магнолия». Почему, - можете спросить вы. Дело в том, что руководит «Магнолией» бывший альпинист Джан Залович Джанагаев. Не занимаясь альпинизмом уже много лет, он все равно остается на переднем крае своего любимого вида спорта. Так что, в 20-х числах марта весь состав эверестовской экспеди- ции собрался в Одессе и оттуда стартовал в свое 62-дневное испытание. Испытание Горой...


Нет мудрее и прекрасней средства от тревог...


Команда покинула родную землю 22 марта на самолете авиакомпании «Таврия», которая уже несколько лет помогает альпинистам. Кстати, создал и руководит компанией также бывший альпинист, Олег Ерохин - двукратный чемпион Союза по альпинизму, считающий, что достиг всего только благодаря альпинизму. Этот вид спорта научил его очень много работать и долго терпеть - качества, весьма помогающие в бизнесе.

Перелёт с пересадками занял у команды 27 часов. И вот - долгожданная столица Непала. «Наша Катмандеевка» - любовно называют этот город украинские альпинисты.
Первое приключение ждало уже в аэропорту столицы Непала. Сойдя с трапа самолета, альпинисты попали в прекрасный, в колониальном стиле аэровокзал и начали заполнять декларации. В это время к Валентину Симоненко подлетел взъерошенный Горбенко и спросил: «Вы мою куртку не видели?». «Она же у тебя в руках», - последовал ответ. «Да это не моя!» - вскричал главный тренер...
Дело вот в чем. При пересадке в Эмиратах экспедиция села в самолет, летевший по маршруту Лондон - Катманду. Половину пассажиров в лайнере составляли альпинисты.
Вошли, сняли куртки и бросили их на полку. У Горбенко в нагрудном кармане была практически вся наличность экспедиции - около $30 000. Тренер почти сразу же уснул, а по прибытии в Катманду сидевший рядом с ним участник английской команды встал чуть раньше, надел его куртку - они были одинаковые - и вышел!..
В результате, конечно, все уладили. Англичанин был просто ошарашен, когда маленький Горбач набросился на него чуть ли не с кулаками, но после объяснений такого бурного поведения Володи посмеялся вместе со всеми.

Надо заметить, что Непал очень «дешевая» страна. Так, например, номер в гостинице «Нирвана», где по традиции остановились украинцы, стоит шесть долларов в сутки, а хорошо позавтракать можно вообще почти даром - всего за доллар.
Питание в гималайских экспедициях - вопрос далеко не последний, поэтому большинство продуктов украинцы везли с собой. Естественно, что в Непале сала не купишь, и посему еще дома жена Терзыула наготовила массу всевозможных модификаций «украинского наркотика». Впоследствии, в базовом лагере, многие зарубежные альпинисты приходили в гости - отведать украинского борща и попробовать сала и удивлялись: как такой продукт можно вообще есть, а тем более на высоте? 17 лет назад, когда советские альпинисты впервые шли на Эверест, подготовкой рациона питания для экспедиции занимался целый НИИ, и тогда ученые мужи отвергли сало как низкокалорийный продукт, тяжело поддающийся усвоению. Однако мнение самих альпинистов было решающим, поэтому салом питались даже на высоте свыше 8000 метров.
Еще из Украины в Непал в экспедиционных баулах прибыли гречка, килька в томатном соусе, родная украинская тушенка, а также всевозможные морепродукты, предоставленным компанией «Антарктика».
В Катманду альпинисты провели три дня, и все - в напряженной работе. Погрузив 1 300 килограммов на грузовую машину, участники сели в джипы и отправились в четырехдневное путешествие к базовому лагерю.
Маршрут с севера тем и уникален, что до базового лагеря можно добраться на машине, тогда как к леднику Кхумбу, откуда стартуют все экспедиции, идущие на Эверест с юга, минимум неделю нужно топать «на своих двоих». По этой причине ограничения в весе у нашей экспедиции не было. И грузовик, и джипы предоставил Китайский союз альпинистов, поскольку в пермит - оплату за разрешение на восхождение - входит как доставка спортсменов к горе, так и размещение с питанием на всем пути следования от Катманду до Эвереста.
Путь преодолевали четыре дня. По мере приближения к горе коменда вела активную акклиматизацию - в каждом населенном пункте, где пранировался ночлег, они ходили на близлежащую вершину, где проводили два-три часа. Дело в том, что перепад высот между Катманду и базовым лагерем составляет почти четыре километра, и эти мини-восхождения совершались для того, чтобы к маршруту альпинисты не прибыли с сильнейшей головной болью и гипоксией.
Первым китайским городком был приграничный Жангму, находящийся на высоте 2300 м. Он расположен в красивейшей местности с обилием воды, питающей бурную растительность. Украинцы даже застали еще цветущий бамбук, но уже на следующий день, буквально после двух часов дороги, вся эта красота исчезла, и перед глазами альпинистов предстало царство Тибета, где нет ничего, кроме пыли и камня, хотя все ожидали увидеть краски картин Рериха. На второй день пути начала сказываться высота - за четыре часа дороги ребята поднялись на «3750», а это уже довольно чувствительно. Дорога до Нуолана запоминалась прежде всего тем, что она буквально вырублена в скалах и зачастую поднимается на несколько сот метров над дном ущелья. Ограждений на ней нет, тем не менее, тибетцы ведут машины очень уверенно, чему, видимо, способствует врожденное азиатское спокойствие.


Родной дом на два месяца


Центром жизни базового лагеря обычно является кают-компания. Её сделали в палатке-полубочке свердловского производства. Рядом располагалась кухня - царство повара Пасанга - и молитвенная ступа, сооруженная усилиями самих альпинистов: каждый принес по 30 камней весом минимум 25 килограммов. Китайцы подарили громадный флагшток из нержавеющей стали, на котором были подняты флаги Украины и Китая. Вокруг этого своеобразного «центра отдыха» расположились палатки участников экспедиции. В основном украинские альпинисты использовали итальянские «Saleva» и американские «Marmot». На поверку штатовские «домики» оказались в чём-то надежнее европейских - ураганный ветер, бушующий на высоте «5150», где был установлен базовый лагерь, буквально на второй день сорвал две «Saleva». Но главной достопримечательностью украинского базового лагеря была... баня. Слава Терзыул еще в Одессе сделал металлический каркас весом около 8 килограммов. На эту основу была натянута палатка, которую обложили камнями. Внутри растянули еще одну - из полиэтилена, а нагревали всю эту сложную систему простой паяльной лампой. Конечно, привычных для нас 100 градусов там не было, но вволю попариться и восстановить силы ребятам удавалось. Не зря же спускающиеся с Горы альпинисты, имея возможность переночевать в АВС, связывались оттуда с базой и просили растопить баньку. Чтобы вы могли себе представить, какое значение имела для наших ребят эта баня, скажу, что расстояние между АВС и базовым лагерем составляет 24 километра. Баня пользовалась популярностью не только у украинцев, но и у членов других экспедиций, которых на береговой морене ледника Ронгбук набралось около двадцати.
Вообще, по сравнению с южной стороной Эвереста, базовый лагерь на севере более суров. Если на юге можно за два-три часа спуститься в зеленую зону, где восстановление проходит намного эффективнее, то здесь до ближайшей зелени надо ехать около десяти часов. А жить два месяца на такой высоте - поверьте, испытание не для слабых.


«Туда не занесет ни лифт, ни вертолет...»


Известный французский режиссер Рене Клер, написав кадроплан и продумав все мелочи создания картины, как-то сказал: «Мой фильм готов, остается его только снять». Вот и украинцам оставалось только взойти на Эверест. Тактический план экспедиции предусматривал три акклиматизационных выхода, в течение которых надо было поставить передовой базовый лагерь (АВС) на высоте 6 400 м и три промежуточных лагеря: на Северном седле, 7050 м, далее - на 7800 м и штурмовой лагерь - на 8300 м.
Но до штурмового лагеря было еще очень далеко. 31 марта команда перед первым выходом отметила день рождения одного из самых опытных альпинистов Украины - Сегргея Бершова. Все участники экспедиции пожелали Сергею, а вместе с ним и себе, успешного восхождения и хорошей погоды.
3 апреля караван яков в сопровождении девяти восходителей отправился из базового лагеря в АВС. Дорога заняла два дня. Из-за низкого темпа движения каравана и недостаточной акклиматизации самих участников им пришлось заночевать на высоте «5900», и только на следующий день альпинисты добрались до «6400» (потом этот переход преодолевался за один день).
Команда была разбита на три тройки, что несколько выходило за рамки принятых у нас традиций работать связками по два человека. Первую группу составили Игорь Свергун, Василий Копытко и Сергей Ковалев. Они первыми и ушли на маршрут, где уже работала экспедиция известных американских гидов, прибывшая под Эверест на несколько дней раньше. Позже стало известно, что это были члены экспедиции, искавшей следы Ирвина и Мэллори. Поначалу «штатники» поглядывали на наших альпинистов свысока: мол, кто это приехал и путается под ногами. Но потом, увидев, что украинцы не уступают им ни в опыте, ни в надежности, ни в скорости прохождения маршрута, изменили своё отношение.

На первом же выходе произошел небольшой инцидент: когда в нижней части ледового склона, выводящего на Северное седло, где должен был расположиться лагерь-1, Слава Терзыул снял веревки американцев и вместо них повесил свои. Все-таки тащить наверх американские веревки полегче будет. Американцы тут же возмутились. Оно и понятно - гиды хотели чувствовать себя хозяевами маршрута. Ведь потом можно было потребовать с остальных экспедиций мзду за пользование «перилами». Американцы планировали брать по $200 с каждого человека за проход по их веревкам, но когда украинцы показали свою истинную силу и начали работать быстрее американцев, несмотря на то, что шли на гору без кислорода, американцы сами стали отдавать свои веревки, дабы украинцы провесили их на маршруте. Учитывая, что весной под Эверестом было порядка 150-200 человек, то можно понять разочарование американцев - украинцы накрыли весь их бизнес.

Однако вернемся в АВС. Этот лагерь, расположен на морене, испещренной бездонными трещинами, - ночью гулять по нему не рекомендуется. Вокруг - старые, брошенные предыдущими экспедициями кислородные баллоны, остатки палаток и невероятное количество мусора. Вполне возможно, что в скором времени последующим экспедициям придется разбивать свои лагеря не на камнях и льду, а на остатках снаряжения предыдущих восходителей.
Теперь по всему маршруту можно наткнуться на остатки лагерей, «перил», консервные банки, веревки и т.п.. Еще совсем недавно зрела мысль «закрыть» Эверест для восхождений хотя бы на несколько лет. Однако до этого не дошло, но, не в последнюю очередь, именно по этой причине власти Непала непомерно повысили цену за восхождение.

Украинский АВС представлял собой лагерь из четырех палаток. В трех из них жили участники, а четвертая - большая палатка-шатер «Зима» - использовалась в качестве кают-компании. Все палатки были обложены камнями, дабы ураганные ветры, постоянно бушующие у подножия Эвереста, не сорвали эти хрупкие сооружения. Из-за недостаточной акклиматизации воздвигать эти каменные заграждения было неимоверно сложно, однако каждый альпинист знает, что нельзя сидеть на высоте без дела, иначе «горняшка» обеспечена. 5 апреля была поставлена антенна стационарной радиостанции, а на нее водружены украинский и китайский флаги. Это означало, что АВС открыт.

В первый день работы на маршруте первая тройка дошла практически до Северного седла. Спустившись в АВС, почувствовал некоторое недомогание Сергей Ковалев, и на следующий день в передовой тройке его заменил Володя Горбач. 7 апреля эта тройка поставила первую палатку на «7050». На следующий день на Cедло поднялись вторая и третья тройки. Горюнов, Бершов, Терзыул, Леонтьев и Горбач занесли в лагерь-1 грузы, и две первые тройки остались на ночевку. К вечеру 9 апреля все участники экспедиции собрались в базовом лагере для отдыха. Первый этап был закончен успешно.


Что такое отдых на высоте 5 150 м


Ничто человеческое альпинистам не чуждо, поэтому 11 апреля они с удовольствием отпраздновали Пасху. На пятикилометровой высоте появились крашеные яйца, бутылка «Кагора» и даже какое-то подобие кулича.
Естественно, не обошлось без взаимных посещений. В гости к украинцам накануне их второго выхода на Гору пришли грузинские альпинисты и принесли с собой настоящую «Хванчкару». Любителям грузинских вин не надо объяснять, что это такое. С громадным удовольствием бутылка была распита, после чего зазвучали песни. В составе нашей команды было достаточно гитаристов, и лагерь еще долго слушал песни Визбора, Окуджавы, Городницкого, Кукина...


Задача - «7 800»


В отличие от первого выхода, когда все тройки ушли из базового лагеря вместе, теперь альпинисты отправились наверх с разрывом. Это делалось для того, чтобы первая группа, в которую вместо захворавшего Игоря Свергуна был включен Владислав Терзыул, могла спокойно обрабатывать маршрут от лагеря-1, установленного на Северном седле. Вместе с ними - проверить, как обстоят дела в АВС, - отправился и старший тренер сборной Мстислав Горбенко.
Днем позже, а именно 14 апреля, наверх ушли еще две группы: Леонтьев-Коваль-Горбач и Бершов-Свергун-Горюнов. Правда, едва отойдя от базового лагеря, почувствовал недомогание Коваль и сразу повернул назад. Остальные заночевали в АВС. Первая группа уже поднялась на «7050» и ночевала там.
Поскольку лагерь-1 был занят передовой тройкой, остальные занялись обустройством АВС. Соорудили большой стол из камней, укрепили палатки. К вечеру подошел Коваль и вторая тройка вновь стала полноценной боевой единицей. В это время Ковалев, Копытко и Терзыул пытались прокладывать дорогу от первого лагеря наверх по снежному гребню. Работать пришлось в условиях ураганных ветров, которые иногда просто сдували альпинистов. Но они упорно лезли вверх, навешивая веревки, по которым впоследствии должны были пройти остальные.
Интересно, что, кроме наших ребят, никто в этот день из палаток даже носа не высунул. Все решили, что в такую погоду работать на маршруте невозможно и лучше поберечь силы. Однако надо было выполнять тактический план, и Сергей с Васей и Славой, борясь с ветром и холодом, упрямо шли вверх. Но силы человека не беспредельны - не дойдя до границы снега и скал около 50 метров, они оставили грузы - а это порядка 20 килограммов на каждого - на конце «перил» и постарались как можно быстрее спуститься в палатку на Северном седле.
Утром группа вновь пошла на борьбу с ветром и высотой. И опять неся на своих плечах по 20 кг груза. «Перила», слава Богу, были уже навешены, однако ветер не утихал ни на минуту, поэтому продвижение тройки практически не ускорилось. Подойдя к оставленному накануне грузу, альпинисты закрепили еще 50 метров веревки и, наконец, вышли на скалы. Оставив там снаряжение, они вернулись за вчерашней «заброской» и также перенесли её к границе скал. Для того, чтобы вы представили силу ветра, бушевавшего на гребне, скажу, что эти полста метров Слава Терзыул шел по «перилам» целый час! Попробуйте за 60 минут пройти такое расстояние. Задача, стоявшая перед группой, выполнена не была (ребята должны было достичь высоты «7800» и поставить там палатку). Когда передовая группа спустилась на Северное седло, то нашла там еще одну нашу палатку. Ее поставила команда Бершова, приходившая вместе с группой Леонтьева с грузовой ходкой. Теперь на «7050» скопилось достаточное количество грузов, но их надо было поднять дальше, во второй и третий лагеря.
17 апреля произошла рокировка: первая тройка пошла в базовый лагерь на отдых, остальные же подняли на Седло еще по 15-20 килограммов грузов и остались там на ночевку. Остаток светового дня Володя Горбач посвятил полезному делу: из снежных кирпичей он построил заведение с буквой «М» на входе. Вторая известная литера была не нужна: появление женщин на Северном седле пока что не предвиделось. На следующий день пятерка украинцев (ещё не набрал форму Коваль) впервые пошла выше Седла с заданием, которое из-за сильных ветров не выполнила первая группа, - установить лагерь на «7800». Надо сказать, что погода не улучшилась ни на йоту, и альпинистам вновь пришлось бороться с ураганным ветром. У американцев был прибор, фиксирующий скорость ветра. Так вот, он показывал в те дни цифру 100 миль в час, что в переводе на привычные нам измерения соответствует примерно 160 км/час!
Подойдя к окончанию «перил», провешенных предыдущей тройкой, ребята вышли на скалы и начали работать. Провесив 250 м «перил», Горюнов и Свергун повернули вниз, а Горбач прошел еще около ста метров и на площадке оставил кислородный баллон. Тогда казалось, что высота «7800» достигнута. Как выяснилось позже, до этой отметки оставалось еще метров сто по вертикали.

На следующий день «перила» были дотянуты до площадки с оставленным баллоном, но баллон исчез. Исчезли также и все «трофеи», оставшиеся от предыдущих экспедиций. К тому же три наилучших места для палаток были заняты американцами, которые в сопровождении шерпов вышли немного раньше наших альпинистов. Они и собрали весь урожай, включая и занесенный накануне Горбачем кислород, посчитав и его за остатки от прошлых экспедиций. Пятерке украинцев оставалось только растянуть палатку и привалить ее камнями - ставить не решились. Было опасение, что к следующему визиту на эту высоту палатки просто не будет - унесет ветром.
Спустившись к вечеру на Седло, ребята с радостью обнаружили там грузинских восходителей, которые угостили измученных ветром украинцев вырезкой страусиного мяса. Оказывается, в Грузии специально разводят этих экзотических птиц. Так что для самих генацвале страусятина была не в диковинку.

20 апреля украинцы пошли вниз на отдых. В АВС встретили уникального человека - Бориса Ивановича Коршунова. Коршунов, полный сил и здоровья, ходивший в горы еще с легендарным Львом Мышляевым в середине 60-х годов, сейчас увлекся лыжными гонками на сверхмарафонские дистанции. Его специализация - 50 и 100 километров на лыжах. Минувшей зимой Борис Иванович записал в свой актив 450 (!) только соревновательных километров. Можете себе представить, сколько их набрано в процессе тренировок?


После отдыха - в «зону смерти»


На ужине в базовом лагере было официально объявлено об установке лагеря-2 на высоте «7800». На следующий день всех ждал очень приятный и несколько неожиданный визит. В гости к альпинистам заехали две девушки - из Англии и Канады. Оказывается, существует велосипедный трек по маршруту Лхаса (столица Тибета) - Катманду. Естественно, проезжая в нескольких километрах от базового лагеря под Эверестом, мало кто может отказать себе в удовольствии лицезреть высочайшую вершину мира. Вот и эти велосипедистки не смогли удержаться и свернули с намеченной дороги, несколько скрасив быт альпинистов своим присутствием.

В этот же день начались первые неприятности. Один из участников японской команды почувствовал себя плохо в АВС, и его пришлось срочно спускать вниз, иначе жизнь спортсмена спасти было бы очень сложно.В коммерческих экспедициях, которых весной собралось у подножия «макушки мира» множество, хватало людей, имеющих самые минимальные альпинистские навыки, а то и вовсе без оных. Так, например, в итальянской команде была девушка, чей высотный опыт составляет всего одно восхождение на южноамериканскую вершину Аконкагуа - 6960 м. Гиды коммерческих экспедиций считают, что используя кислород, можно и мало-мальски физически подготовленную домохозяйку завести на вершину. Но цепь - подчас массовых - трагедий последнего десятилетия на Эвересте опровергает эти утверждения. Тем не менее, человеческому легкомыслию нет предела и дилетанты вновь и вновь платят десятки тысяч долларов за призрачный шанс ступить на вершину Эвереста.
Естественно, не обошлось и от походов по гостям, а самыми радушными хозяевами были единогласно признаны грузины, к которым наши ребята заскочили на минутку после завтрака, а вернулись поздно вечером. Грузинское гостеприимство общеизвестно на просторах бывшего Союза; хозяева попросту не отпускали украинцев, угощали их своими национальными блюдами и вином «Киндзмараули», по-моему, одним из лучших в мире.

23 апреля первая тройка вновь распрощалась с базовым лагерем и отправилась наверх. Для остальных же отдых продолжался. Ребята сходили в старый разрушенный Ронгбукский монастырь, в котором до сих пор живет лама. И не только живет, но и работает. Он делает глиняные пластинки с изображением буддистских символов, которые охотно покупают на память практически все посетители этой религиозной реликвии. В конце концов, монастырь Ронгбук является самым высокогорным в мире, и один этот факт позволяет считать его памятником. Путешествия в Ронгбук, находящийся в семи километрах от базового лагеря, являлись единственной отдушиной в мире камня и снега, царившего в базовом лагере.
24-го, вслед за передовой тройкой, наверх отправилась команда Леонтьева.
На следующий день на гору ушла последняя украинская тройка. В АВС к ним «на огонек» заглянул руководитель одной из экспедиций, известный гид, Рассел Брайс. Он предложил нашим спортсменам покупать у него прогноз погоды. Что ж, каждый зарабатывает как может. Одни продают право ходить по их веревкам, другие - прогноз погоды. Кстати, «перильная» история имела продолжение. Поняв, что теперь на Горе два «хозяина», остальные экспедиции предпочли дружить с украинцами. А чего ж не дружить? Наши денег не берут, по веревкам ходить разрешают - что еще надо? А вот американцев явно недолюбливали, хотя в открытую об этом не говорили.
Пока в АВС шли переговоры, первая тройка, проведя кошмарную ночь при ураганном ветре в лагере-2 (по словам Терзыула, «ночевали, как при езде на американских горках»), двинулась дальше...


Есть рубеж в «8000»


В этом сезоне украинцы были первыми, кто вышел на маршрут выше «7800». Ситуация осложнялась тем, что свои веревки у ребят уже закончились, поэтому Терзыулу, Копытко и Ковалеву пришлось ремонтировать перила, оставшиеся после предыдущих экспедиций. Благо, веревок на маршруте было сколько угодно. В первый день работы передовая тройка смогла дойти до отметки «8000» и занести туда грузы. Погода продолжала испытывать терпение альпинистов. Особенно «доставали» ураганные ветры в лагере-2. Он был установлен на самом краю гребня, поэтому продувался практически со всех сторон.
Надо было подумать о переносе лагеря в более удобное место. На следующий день Терзыул и Копытко, поднимаясь по веревкам, нашли такое место. Оно было закрыто от ветра и выглядело очень уютно. Как позже оказалось, именно эти площадки и находились на отметке «7800». Прекращать подъем и заниматься переносом лагеря было нерационально, поэтому ребята продолжили подниматься и к пяти часам вечера достигли высоты 8250 м. Там можно было поставить палатку штурмового лагеря, но на одной из площадок лежало окоченевшее человеческое тело. Поэтому восходители прошли еще метров 50 вверх, где обнаружили прекрасное место для штурмового лагеря. Частично подготовив площадку, они к вечеру спустились на «7700».
Вопрос переноса лагеря-2 решился на следующий день, когда наверх подошла вторая команда. И дело даже не в том, что ветер гулял между палатками, как у себя дома. Разница в сто метров по высоте экономила на последующих выходах час времени. С «7700» Терзыул и Копытко с превеликим трудом достигли высоты «8300» за световой день, а после переноса палатки делать это стало значительно легче. Поэтому Терзыул, Горбач, Леонтьев и Коваль весь день 28 апреля посвятили благородному делу установки нового лагеря. Теперь спокойный сон был обеспечен.

29 апреля во второй лагерь с Северного седла поднялась группа Бершова. Ребята захватили по пути оставленные на предыдущем месте стоянки кислородные баллоны и с ними еле дошли до «7800». Все-таки на высоте каждый грамм - на вес нескольких килограммов. Команда Вадима Леонтьева в этот день сделала грузовую ходку на «8300», но палатку не установила. В полдень 30 апреля Горюнов поднялся к месту лагеря-3 и начал постепенно разравнивать площадку для палатки. На высоте, где на каждый шаг приходится три-четыре вдоха, помахать ледорубом - задача не из легких. Однако никуда от этого не денешься - палатку-то ставить надо. Через некоторое время подошел Свергун, и ребята два с половиной часа боролись с ветром, который так и норовил вырвать палатку из рук альпинистов. Пришлось даже забивать в скалы крючья, дабы быть уверенным в том, что через несколько дней, когда штурмовая тройка поднимется сюда для восхождения, «жилище» будет стоять на месте. Управившись с палаткой, ребята немедленно стали спускаться вниз, и ста метрами ниже увидели груз, который занес туда Сергей Бершов. По состоянию здоровья он не смог подняться на «8300».

Задача установки лагеря-3 была выполнена; грузов там скопилось достаточно, поэтому можно было спускаться в базовый лагерь. В шесть утра проснулся Горюнов, поздравил партнеров с Первым мая и начал собираться. Бершов и Свергун позволили себе поспать еще часок, поэтому из лагеря-2 вышли только в восемь утра. На спуске встретили американцев, которые явно были удивлены тем, что на Горе кто-то есть. Пробурчав что-то невразумительное в ответ на приветствие украинцев, «штатники» двинулись вверх, навстречу ветру и непогоде. Именно в этот день по каналам информагенств прошла весть о том, что экспедиция Симонсона - а именно ее участников встретили Бершов и Свергун - нашла тело Джорджа Мэллори. Обстоятельства нахождения тела Мэллори породили немало недоумённых вопросов у многих альпинистов, бывших в то время в базовом лагере и на Горе...

В этот же день тройка Бершова спустилась в базовый лагерь, где за ужином самого молодого участника украинской команды - Николая Горюнова - торжественно поздравили с его первым в жизни выходом выше 8000 м. На этот раз отдых был полностью посвящен подготовке к восхождению, поэтому 2 мая врач экспедиции Владимир Лебеденко провел медосмотр и, к радости альпинистов, всем дал "добро" на выход. "Байдикування" в лагеря ребята совмещали с активным отдыхом. В очередной раз была сделана вылазка в Ронгбукский монастырь, а 3 мая Терзыул истопил для всех баню. Это был последний день, который все члены команды провели вместе.
Четвертого мая - в день 17-летия первого покорения Эвереста советскими альпинистами - штурмовая тройка в составе Владислава Терзыула, Василия Копытко и Владимира Горбача вышла на восхождение.

Стоп! - скажете вы. Почему Горбач, ведь до этого в передовой тройке неизменно присутствовал Сергей Ковалев? Дело в том, что накануне было проведено общее собрание команды, на котором тренерский совет принял решение перевести Сергея ввиду его недостаточной акклиматизации в команду Леонтьева. А на его место в штурмовой тройке нашелся только один претендент - киевлянин Володя Горбач.
Потом на разборе старший тренер экспедиции скажет, что был еще один вариант замены - Игорь Свергун, который начинал восхождение в первой тройке. Но установившийся разрыв между первой и третьей командами был таков, что Игорь просто не успел бы отдохнуть. Других вариантов не было.


Восхождение


Итак, 4 мая наверх ушла тройка Терзыула. За ней, через день - команда Леонтьева, в которой кроме него были еще Ковалев и Коваль, а замыкали вереницу Бершов, Свергун и Горюнов. Никто не знает своей судьбы... Не знали ее и эти девять парней... Все они провели по две ночи на высоте «7800», все сходили на «8300», все были готовы к вершине...
8 мая наступил решающий день. Накануне передовая тройка вышла в штурмовой лагерь и вечером устроила совет. Было решено, что Терзыул, которому поручалось заниматься веревками на всем протяжении подъема к вершине, понесет в рюкзаке минимум груза. Копытко должен был взять палатку, которую необходимо было установить на высоте «8650». Это предполагалось сделать для того, чтобы на спуске, в случае непогоды заночевать. На долю Горбача пришлась веревка. Он должен был повесить ее на Второй ступени.
Как и было предусмотрено все тем же планом, из лагеря-3 тройка вышла в четыре часа утра. Слава Терзыул начал разбираться с веревками, укреплёнными на склоне предыдущими экспедициями: из многих надо было выбрать самую надежную, откопать ее из-под снега, укрепить. На все это уходило немало времени, поэтому продвижение не было таким быстрым, как того хотелось бы. К тому же ребята уже входили в "зону смерти". К рассвету вышли на гребень, ведущий прямо к вершине. Долго думали, оставлять ли какие-то опознавательные знаки, чтобы на спуске не "промазать" поворот на "перила". Посовещавшись, пришли к мнению, что место довольно однозначное, поэтому складывать тур не имеет смысла. Как потом жалели об этом... Таких скальных выступов, какой решили принять за ориентир, на гребне оказалось больше чем достаточно.
В прошлом году практически весь гребень провесили "перилами" российские альпинисты, поэтому продвижение по достаточно простому рельефу - Терзыул оценил его как 1-Б - несколько ускорилось, если можно так говорить о ходьбе на таких высотах. Из-за большого количества снега приходилось все время идти в «кошках», однако на черепицеобразных скалах они часто проскальзывали, поэтому решили двигаться по границе снега и скал.. Когда Слава и Вася подошли ко Второй ступени, у основания которой и планировалось поставить палатку, оказалось, что стойки от нее Копытко забыл в штурмовом лагере. Конечно, можно было закрепить ее на ледорубах, но в этом случае они лишали бы себя страховки на снежных полях, ведущих непосредственно к вершине. Было решено оставить палатку, а вместе с ней и фонари, которые уже не работали - сели батареи. Горбача отстал и его не было видно. Как потом выяснится, отстал он в районе Первой ступени... по нужде.
Трудно себе представить, чем оборачивается вполне естественное желание на высоте восьми с половиной километров...

У Копытко начали мерзнуть ноги. Терзыул предложил ему снять ботинки и несколько минут отогревал его ноги в своей пуховке. Наконец-то метрах в ста ниже показался Горбач. Увидев его, Терзыул выбрал из 20-ти висящих на скалах веревок и полез. Интересен тот факт, что на Второй ступени уже несколько лет висит шестиметровая дюралевая лестница. Как ее туда занесли китайцы, до сих пор остается загадкой. Вот по ней, страхуясь "перилами", Слава и вылез наверх. Дальнейший путь был очевиден и однозначен: огромные снежные поля выводили прямо к высшей точке планеты. Рация постоянно находилась на приеме.


А в это время...


Две другие группы украинцев поднимались каждая в свой лагерь. Команда Леонтьева совершала переход с Северного седла на «7800», а тройка Бершова - из АВС в лагерь-1. В команде Леонтьева было не все в порядке. Очень медленно двигался ко второму лагерю Роман Коваль. К палатке он подошел в темноте, когда вся экспедиция уже жила переживаниями восходителей...


И снова вверх...


Постоянно советуясь с Базой, Терзыул и Копытко упорно шли вверх. В ста метрах за ними поднимался Горбач. В полдень по китайскому времени "заговорила" рация Терзыула.
- Украина-1! Вызывает Киев. Слава, как меня слышишь? - раздался голос руководителя экспедиции Валентина Симоненко.
- Нормально. Находимся в двух часах хода от вершины. Около двух будем наверху.
- Что ж, желаю успеха. Постарайтесь аккуратнее. Жду от вас хороших вестей!
- Спасибо.

Взлет следовал за взлетом, а вершины все не было. Начала портиться погода; появилась облачность, хотя до этого видимость была отменная; начались снежные заряды. На последнем взлете Василий и Слава остановились, чтобы дождаться Горбача, поскольку договаривались взойти на вершину вместе. Из-за перегиба показался Володя, и ребята приняли решение двигаться дальше. Вершина возникла неожиданно. Делая следующий шаг, Терзыул почувствовал, что начинает спускаться. Часы показывали 14.15. Свое обещание Слава сдержал.

- База, База! Все три гребня сошлись: наш, южный и западный. Все идет только вниз. Вижу место ночевки. Слава, объясни, что, где и почем? - спросил Терзыул старшего тренера.
- Поздравляю с вершиной! Посмотри, не вытаяла ли тренога. (Пятиметровую триангуляционную треногу занесли на вершину Эвереста китайцы в 1975 году. сейчас ее замело снегом полностью - Д.М.).
- Треноги нет, вижу только место ночевки непальца (за день до восхождения украинцев на вершину Эвереста поднялся шерп, установивший рекорд скоростного восхождения на Гору - Д.М.). Подошел Василий, так что мы уже вдвоем.
- Поздравления от третьей группы, - раздался голос Сергея Бершова, который к тому времени уже сидел в лагере-1 на Северном седле.
- Спасибо. Желаем вам также побывать здесь, - ответил Терзыул.

Вершина приняла первых в этом сезоне восходителей не очень гостеприимно. Практически сразу начались грозовые разряды, которые начали бить "по ушам". Пришлось ребятам приспуститься на три метра, чтобы произвести видеосъемку.
Примерно через час Василий и Слава начали спуск. Через 10 минут они встретили Горбача. "Василий, ты врач. Оцени, пожалуйста, состояние Володи и скажи, можно ли ему идти на вершину?" - попросил Копытко руководитель группы Терзыул.
Василий дал положительный ответ, и тогда группа вышла на связь с Базой. Горбенко разрешил Володе подъем, но предупредил, что дает ему на это полчаса: было уже полчетвертого, вот-вот начнет смеркаться, а спускаться в темноте - дело малоприятное. Но самым неожиданным было то, что Горбач принес с собой к вершине веревку, которую должен был повесить на второй ступени. Пришлось повесить ее тут же, на предвершинных скалах, дабы ускорить спуск. Рельеф был достаточно прост, но веревка никогда не бывает лишней.

Горбач вышел на вершину в 16.15. На связи Горбенко приказал ему немедленно спускаться. Было опасение, что восходители засветло не успеют достичь штурмового лагеря. Вот когда пригодилась бы палатка, которую ребята так и не установили на палатка, которую ребята так и не установили на "8650". Копытко ждал Горбача в условленном месте, а Терзыул к тому времени уже потихоньку пошел вниз, чтобы поправить "перила", которые начало заносить снегом.
Договорились, что связь в группе будет визуальной, расстояние - примерно 100-150 метров. Идущий впереди Терзыул постоянно держал своих партнеров в поле зрения. Видел, как они спускались со Второй ступени, потом с Первой. Когда Слава подошел к повороту, они находились метрах в двустах сзади. "Перила" выходили снизу практически перпендикулярно гребню, пересекая его полностью. Не заметить их было практически невозможно. Однако прошло 10, 20 минут, полчаса, а ребята не появлялись.


Борьба за жизнь


Горбач и Копытко не могли найти "перила". Постоянно связывались с Горбенко, тот направлял их, но заветные веревки, ведущие к палатке, не появлялись. Положение усугублялось тем, что Горбач получил ожоги глаз и практически ничего не видел. Приняв какие-то веревки за спасительные "перила", они попытались по ним спуститься, но через 50 метров веревки закончились и продолжения не было. Наступила темнота. В 20 часов Терзыул подумал, что его партнеры могли проскочить мимо поворота, опять поднялся на гребень и прошел по нему вниз метров сто. Поняв, что Васи и Володи тут не было, он вернулся обратно.
Решив, что за время его "прогулки" - а заняла она часа полтора - друзья подошли к "перилам" и спустились к палатке, Слава начал спуск. К палатке на «8300» он подошел только в полночь.

Тем временем Горбач и Копытко никак не могли выйти к повороту. В 21.00 на связь вышел Горбач и сказал, что Василий в десяти метрах от него. Больше в этот день связи с двойкой Копытко-Горбач не было. О том, что произошло на высоте восьми с половиной километров, можно было только догадываться. В базовом лагере решили, что Терзыул "улетел", а Горбач и Копытко попросту замерзли. «Холодная» ночевка на такой высоте практически всегда заканчивается печально.
Очевидно, Василий, поняв, что Володя больше двигаться не может, решил выйти на гребень посмотреть путь спуска. Но неосторожно стал на один из карнизов, которыми изобиловал гребень и...
Оставшись один, Горбач начал бороться за свою жизнь. Чтобы не уснуть он постоянно пытался ходить, потому что, если бы он уснул, то уже не проснулся.

В 3 часа ночи Базой было принято решение о выходе второй и третьей команд наверх для поисков и спасения. Группа Леонтьева находилась в то время на «7800», а Бершова - на «7050». Горюнов предложил выйти немедленно - ночью, - но более опытные партнеры остудили его пыл.
Утром заработала рация: "База, База, я Горбач!..". И все.
С рассветом Горбач решил поискать Василия, но пройдя несколько метров, повернул назад, на место их расставания. "Может, Вася пошел к палатке, завернулся в нее и переночевал", - подумал Володя...

В это время Терзыул решил вновь подняться наверх - на поиски своих партнеров. Взяв кислород, медикаменты, немного коньяку и газовую горелку, Слава вышел из штурмового лагеря наверх. Но сил у него хватило только на то, чтобы выйти на гребень. Потом он понял, что следующий шаг может оказаться для него последним. До сих пор Слава не может объяснить, почему он не надел кислородную маску и не воспользовался спасительным газом. В голове упорно вертелась мысль, что всё это он несет для ребят и сам дышать кислородом не имеет права... И тут он увидел поднимающегося Ковалева. Сергей шел с кислородом и шёл довольно быстро. Встретившись с Терзыулом, Ковалев оценил Славино состояние и отправил его вниз, а сам отправился на поиски Горбача. Нашел он его примерно в ста метрах от "перил". Сто метров... Именно столько вечером не хватило ребятам до веревок. Внизу, услышав от Ковалева, что Горбач жив, вздохнули с облегчением. Однако Василия нигде не было. В одиночку Ковалеву спустить Володю вниз не представлялось возможным. Сделать ему укол Сергей тоже не смог - замерзли ампулы. Оставалось только ждать. К 6 часам вечера к ним поднялись Горюнов и Свергун, вышедшие с рассветом от Северного седла с двумя баллонами кислорода на каждого.

"Думал, что идем искать тело Горбача, - скажет потом Игорь Свергун. - А когда узнал от Ковалева, что Воха жив, словно крылья выросли".
Ребята тут же оставили по одному баллону, включили максимальную подачу кислорода и на этих самых «крыльях» буквально взлетели на «8500». За 12 часов они сделали два с половиной дневных перехода!
Горы нехотя расстаются с теми, кто отдал им свои жизни. На большом протяжении эверестовского гребня лежат тела погибших альпинистов. Спустить их с той высоты просто не представляется возможным. Было в истории эверестовских штурмов и такое, что людей просто оставляли там умирать - у идущих с ними не было сил или желаний спасать партнера...
Украинцы бросили на спасение Горбача все силы. И сделали, казалось бы, невозможное. К часу ночи Володю принесли в палатку на «8300», вкололи лекарства и на следующий день начали спускать вниз. К тому времени Сергей Бершов договорился с шерпами, что они помогут. Примерно на «8000» Игорь и Коля встретили носильщиков, которые тут же пересадили Володю на специальный станок и понесли вниз. В АВС доктор уже организовал реанимацию и сделал это вовремя. Давление у Горбача к тому времени было уже 60/0; в Киеве в таком случае вызывают реанимационную бригаду. Доктор сработал на "отлично", уложил Володю в барокамеру, наколол его медикаментами, что в последствии помогло оставить хотя бы некоторые фаланги пальцев на левой руке. К спасработам подключились американцы и итальянцы.

А на высоте «8300» продолжались поиски пропавшего Василия Копытко. Однако результатов они, к сожалению, не принесли. Когда старший тренер понял, что Ковалев и Леонтьев больше не могут находиться на высоте, он дал приказ спускаться. Поиски продолжили из базового лагеря. К Северной стене сначала вышли Горбенко с доктором, потом их сменили Терзыул с Ковалевым, но красной пуховки, в которую был одет Василий, нигде видно не было...

...Когда в Дубаи ребята уже сели в самолет и пилоты начали запускать двигатели, в одном из них произошла поломка. Вылет был задержан на три дня, но и на этом приключения не закончились. По прошествии трех дней, едва самолет оторвался от взлетной полосы, на борт сообщили, что на земле остался кусок резины от колеса. Поэтому в Одессе была объявлена аварийная посадка. На лица собравшихся там жен и друзей альпинистов было страшно смотреть. Но, слава Богу, все обошлось. Самолет сел, и вскоре ребята попали в объятия своих близких. Похудевшие, почерневшие, с грустными от нелепой потери лицами, альпинисты вернулись домой.
Вернулись, чтобы летом снова уйти в горы...

К оглавлению номера

 

© eXs magazine 1998-2016
В начало Все о журнале ЭКС Архив номеров Фотогалерея Новости и комментарии


Rambler's Top100 Экстремальный портал VVV.RU